сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

Безмятежная раздраженность

Патологолингвистическая нановивисекция для новичков в картинках


сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

Мочегонный DNS

Приходишь ты на работу. И еще триста человек приходят на работу.
Садятся за столы, включают компьютеры.

Глядят - а работы-то и нет!
Электричество есть, а интернета - нет. А нет интернета = нет работы!
И тут все, конечно, пошли пить чай.

А когда двести человек пошли пить чай, а сто человек пошли пить кофе - то что? Правильно, и воды нет. И чая. И кофе кончился. И баранки с печеньем. То есть, конечно, те, кто раньше пошел пить чай - пьют его такие, радуются. Им-то весело, что им воды хватило. И смешно над теми, кому нет.

А через двадцать минут что?

Правильно. Те, кому чая хватило - пошли в туалеты пописать. А там мест-то нет! Потому что всем же после чаю захотелось одновременно. А толчков-то не напасешься на стартаперов этих.

Вот так, на дворе двадцать первый век. Марсоходы там, теория струн, вот это все.
А отключение интернета приводит к тому, что все ссут.
Единомоментно.

blozek

Почему акселераторы вредны для стартапов

Вкратце: Хочешь выжить? Беги из опенспейсов, коворкингов и акселераторов.
(все совпадения случайны, имена, топонимы и события вымышлены)

Стартаперская лихорадка то вспыхивает очагами, то угасает, но искры тлеют и греют огромное количество молодежи. Гики и хипстеры всех мастей мечтают о пришествии Идеи, которую они смогут обернуть в Концепт и впарить Инвестору. Все с больших букв, потому что это такая эпоха, эпоха инновационного бизнеса, молодежной креативной движухи.

Те, кто уже обрел идею и нае... убедил инвестора, обычно попадают в места не столь отдаленные от центра Москвы. Эти места окрыленные стартаперы называют акселераторами. Иногда, если речь идет о месте выпаса стартапов всего одного фонда - инкубаторами. Так или иначе, эти места похожи.

И в этих местах развиться в успешный бизнес либо труднее, чем в обычном офисе, либо невозможно совсем.

И вот почему.

1. Тип офиса - openspace
Как правило, стартаперов собирают в большие кучи. Так дешевле для организаторов процесса: нет расходов на коридоры, стены и прочую немонетизируемую площадь. Молодых предпринимателей, создающих разные проекты, очень разные проекты, иногда конкурирующие проекты - сажают в одну братскую могилу кошмарной площади, в лучшем случае - с перегородочками до подбородка.
Все минусы такой коммуналки (невозможность тишины, невозможность сосредоточения и концентрации, невозможность говорить по телефону на конфеденциальные темы, невозможность банального уединения и покоя) организаторы выдают за плюсы с маниакальным упрямством комсомольских строек: сообщество, соучастие, общение, деление опытом, синергия, стартаперский дух!

2. Ротация участников
Стартапы рождаются, чтобы умереть или стать бизнесом. Нормой является смерть 90% стартапов на первом цикле (невыпуск продукта). Из оставшихся подыхает половина на втором (продукт есть, но нафиг никому не сдался на планете). Поэтому в стартап-могильниках постоянно идет ротация. Стартаперы мигрируют между разными комбинациями столов, появляются десятки новых людей и исчезает столько же. Чувак, который вчера взял зарядку от пятого айфона соседа завтра может уже не появиться. Столы и стулья перемещаются по квадратным метрам совершенно броуновским образом. Вы уехали в отпуск, и по возвращении обнаружили свой проект сидящим в другом конце зала.

3. События. Регулярно отвлекающие
Чем круче ваша площадка - тем больше усилий предпринимают ее организаторы для того, чтобы вам помешать работать. Они приглашают интересных спикеров, рассказывающих в режиме капитана очевидность информацию из википедии, изредка вкрапляя в нее свой опыт. Они проводят в углу зала конференции, куда приходит четыреста гостей. Мимо ваших столов, за которыми работают ваши испуганные сотрудники, носятся операторы с телекамерами, которые пытаются догнать известного инвестора, пытающегося найти две минуты чтобы пописать в одиночестве. Иногда поутру вы обнаруживаете, что вас и еще несколько проектов заархивировали в трижды меньшую площадь, потому что на месте ваших столов теперь стоит сцена, на которую направлено пятьсот объективов, и люди в креслах с одышкой вещают на фоне пресс-воллов что-то вроде "лец ми спик фром май харт".

4. Пафос

Если вам не удалось сдохнуть или проесть инвестиции до того, как вас доканал стартаперский коворкинг, то вы столкнетесь с тем, что среди определенной части людей ваше положение считается завидным. Быть стартапером - это модно, позитивно и молодежно. Некоторые хипстеры будут вам завидовать. Не дай бог, если ваш акселератор находится в престижном месте города: вам это сулит только проблемы. Скажем, каждый сотрудник, которого вы станете собеседовать на Красном Октябре - попросит зарплаты минимум на 10% больше, чем человек с такими же скиллами, если бы ваш офис находился в обычном бизнес-центре в районе Таганки.
Потому что если вы сидите в крутом месте - значит вы несметно богаты!

5. Расстояния
Ваш инвестор наверняка сидит не там же, где вы. У него есть свой прекрасный офис, и вся инфраструктура, скорее всего, доступная вашему стартапу, находится там же. Каждый раз, когда вам надо будет провести платеж, обменяться актами с клиентом и т.д. - вы будете метаться между вашим офисом и офисом поддержки. Наличие бухгалтеров, юристов и СБ прямо возле себя гораздо важнее, чем наличие лекторов, пуфиков и "особой стартаперской атмосферы". Помни, что ты этим занимаешься, чтобы построить бизнес, а не чтобы участвовать в комсомольском движении.

6. Пустой трёп
Поскольку в коворкинговых оупенспейсах инновационных стартап-акселераторов находится не только ваш стартап, а есть еще куча других - ваши сотрудники будут общаться. Это само по себе даже неплохо. Гораздо хуже то, что они будут это делать, отвлекаясь от работы - за чашечкой кофе, развалившись в пуфиках на фоне фактурной кирпичной стены, они будут подолгу питчить друг друга, рассказывая о том, какие великие идеи заложены в ваших проектах, и как они изменят мир к лучшему. А потом, через час после прихода на работу они уйдут на обед (в три дня), потом покурят, потом полчаса поработают и, глядишь, уже десять вечера...


Итог:

Может быть, я наблюдаю какие-то неправильные стартапы в неправильных акселераторах. Может быть мы просто переросли посевную стадию, и находимся на другом этапе эволюции. В конце концов, я просто не люблю хипстеров, молодых прогрессивных предпринимателей 90х годов рождения, ненавижу все, что содержит слово "инновационный" и вообще я слишком стар, чтобы комфортно себя чувствовать в офисах типа "оупенспейс".

А может быть нет? Может быть, когда истерия стартапов пройдет - на проверку останется десяток странных помещений, с испачканными смузи пуфиками, икеевской мебелью и обрывками чьих-то гениальных идей в фломастерных следах на вайтбордах. А идеи остались нереализованными из-за того, что их авторы занимались полной херней типа ивентов, тусовок, семинаров, вместо того, чтобы сидеть и херачить свой гениальный код?

Вырвалось.

сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

началось?

Забыл рассказать тут.

В выходные в один момент со мной произошло сразу два невероятных события. Т.е. события, вероятность пережить которые равна минус бесконечности и по отдельности, а тут два сразу.

Стою в очереди в кассу в продмаге "7 континент". И вдруг к кассирше подходит еще одна тетенька и начинает складывать мои покупки в пакетики, сама. Это раз.
Стоящий после меня абдурахман ибн магомет ибн али отвечает на звонок и начинает в полный голос разговаривать в телефон на своем шекельме-бекельме-шайтанама языке. Кассирша из другой кассы оборачивается и строго, на грани угрозы, говорит:
- Молодой человек, вы мешаете работать, нельзя ли потише?
И тут происходит то, чего в современной Москве не ожидаешь: он извиняется и тихо говорит в трубку:
- я перезвоню...
И убирает телефон в карман.

Неужели началось? Неужели надежды сбываются?

сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

Царицын

В отличие от тех, кто не читал первую версию сценария три года назад, я имел право ожидать более мощного финала. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что вариант, представленный в прокате - единственно возможный в нынешней ситуации, и что режиссер не мог его выпустить. Но я надеюсь, что выйдет какой-нибудь блюрей-тридэ, на котором будет режиссерская (читай - сценаристская версия). Тогда фукусима закольцуется и будет осмысленной. Пока она вызывает непонимание, т.к. смысла в ней из-за этого финала нет. Но общей картины это не меняет: такого кино у нас пока никто не снимал.
Спасибо всем, кто имел отношение к этому кино.

сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

флешмоб продолжается

Ландшафт: 2004 год. Мне 26-27. Пару лет назад мы с моим другом и коллегой Антон Владимирский основали крошечное, но гордое рекламное агентство "Двеголовы" и концентрируем вокруг себя конденсат надежд. Моей дочери Варе полтора годика, она великолепнее всего, что было в моей жизни. Мой дизайнерский проект deforum.ru фонтанирует успехом, принося денег больше, чем двеголовы. Жизнь наполнена искрящимся ожиданием неотвратимо грядущего счастья.

Про подготовительные курсы в литинститут я уже писал, так что расскажу про эпизод сдачи экзаменов.
Так сложились обстоятельства, что вступительные экзамены в лит принимаются в конце лета. Двадцатые числа августа - лучшее время вокруг дома Герцена на Тверском бульваре. Вокруг полно людей с томиками классики. Все одухотворенно курят и матерятся.

Я никогда не любил русскую классическую литературу и никогда ее не читал. Отвращение к толстым томам во мне последовательно вырабатывали все семеро учителей литературы в моих семи школах. Поэтому сдавать экзамены в лит для меня было все равно что играть в казино. Но был козырь: я прошел творческий конкурс как звезда подготовительных курсов.

Параллельно с экзаменами у меня происходила подготовка к первому и последнему в моей жизни ивенту - фестивалю дизайна DeArt, на который меня развел один клевый чувак без паспорта, и который сожрал адовое количество моих нервов и погубил, в итоге, отношения с рекламодателями deforum.ru.
С утра я ехал к дилерам краски Beckers, спонсировавшим фестиваль, потом от них на газели вез тонну разноцветных банок в Музей декоративно-прикладного искусства, где DeArt проходил, сам все разгружал, потом ехал в Лит, сдавал экзамен, например, по английскому, потом ехал к клиентам на Юго-западную, продавал макеты и подписывал договор, потом ехал в офис перетереть дела с Крашером (Антоном) и потом шел домой, где моя жена и теща рассказывали мне, как тяжело у них прошел день. Наутро я ехал в Музей, находил главного электрика, выяснял, где тот, кто может провести интернет на стенды Wacom, Apple и Фотобанк, получал в зубы бобину витой пары и вместе с добровольцем тянул интернет через антикварные ложки-самовары под зорким надзором, стряхивал пыль, ехал в лит сдавать русскую литературу (мне попался вопрос про Мандельштама, из которого я знал только горькую судьбу успеха стихотворения про кремлевского горца), далее офис-поесть-дом-за памперсами в ашан.
И да, у меня не было машины, поэтому я все успевал и весил 59 килограмм.

В первый день фестиваля я объяснялся с директором музея, потом давал интервью непроснувшимся еще журналистам (Павел, а вот о чем этот art фестиваль, вот эти чебурашки это какой-то символ?) а потом поехал в лит, где был самый главный экзамен этого заведения - собеседование с профессурой и мастерами. Ты можешь получить все пятерки, но если тебя на собеседовании не выберет ни один мастер - дозвидоз, пакапака.

Меня заставили читать то, с чем я прошел творческий конкурс. Я выбирал вещи, как мне казалось, наименее похожие на Бродского и без мата.
И меня выбрал мастер.

...

Фестиваль прошел, я раздавал долги, работал, а еще у меня была сессия.
Профессор Минералов, в частности, открытым текстом заявлял нам о неполноценности прибалтов, (братья, родства не помнящие это кто? правильно, выродки!) кто-то еще, женщина, не помню уже, рассказывала, что беда русских - это, конечно, нерусские. Крутыми были английский (я только после года в лите стал как-то связывать слова в текст) и история.

Мастер, выбравший меня, оказался поэтом-песенником. Хуже того, бардовским песенником. Умильным в нем было только то, что в его 87(?) он в бабочке курил, сидя на стульчике у доски. Я решил поискать счастья в другой аудитории - не за бардами я шел в лит!

В соседней аудитории вещал не выбравший меня Евгений Рейн. Тот самый, которому Бродский посвятил "с любовью" свой рождественский романс.
Он набрал себе на курс интересных персонажей. Я ходил к нему несколько раз, и каждый раз у него кто-нибудь румяный в косоворотке читал, глядя голубыми стеклянными глазами в противоположную стену аудитории. Тексты были в стиле (по памяти цитирую) "плачут ладаном церкви под ногою жида".

Я сидел как-то раз прямо напротив мастера - на первой парте. Рейн стоял у окна, выходящего на Бронную. Был уже март, кажется. Евгений Борисович курил в окно, и, казалось, не слышит читавшего. Он выпустил в бликующую капель струю дыма и произнес, неожиданно для себя вслух:
- Блядь, как же хорошо на улице...

Я проследил за его взглядом в окно, и подумал "он сука прав".

И через полчаса забрал документы из деканата.

геолог

Флэшбеки

раз уж сегодня утро флэшбеков.

Когда мне было 14 - я решил, что хочу быть писателем. И начал писать. Прозу, короткую и очень короткую, заметки в независимую от взрослых газету "Глагол", даже потом иногда читал то, что написал ранее. Меня раздавил Бабель - его жирный, нажористый текст, в котором ложка торчала, как в салате Жванецкого. Его еврейская образность. Я мимикрировал до тех пор, пока в 16 лет, в школе юного журналиста, меня не раздавил Бродский. Если кирпичи Бабеля еще оставались в конструкции моего мозга, то железные сваи Бродского крошили этот податливый керамзит и входили прямо в грунт, в мозг, в самую мякотку.
А незадолго до ШЮЖа, еще в нашем телеколледже, в раздевалке, я познакомился с бывшей одноклассницей подруги моего друга (ебать сантабарбара), в которой меня заинтриговали две вещи: имя Кикелка и огромная шляпа, из-под которой шел табачный дым и не менее густой текст.
Позже, где-то в алкогольных парах журfuckoffских застенок, то-ли Вова, то-ли Дима будут читать нам пример хорошего ШЮЖевского сочинения, чтобы мы всасывали и пропитывались. Это было что-то из Кикелки. Там была фраза: "в складках моего загара поселилась печаль". Эта фраза смыла мой фундамент совсем, и после этого курса ШЮЖа я перестал писать прозу. Только стихи, только хардкор.
Еще спустя хренову тучу лет, я, уже 24х летний молодой бизнесмен, совладелец крошечного рекламного агентства, отец годовалой дочери, буду поступать в Литературный институт. Не было в моей жизни более счастливого времени, чем подготовительные курсы в лите! Пятнадцатилетние девочки, пришедшие одновременно со мной поступать на поэзию, писавшие о любви в бета-версии, писавшие о, цитирую по памяти, "потных истомах в сильных руках", скорее всего для них в большинстве случаев это был воображаемый опыт, а не пережитый... Эти девочки слушали мои стихи молча, у них подрагивали губы, они выдыхали углекислый газ только в конце моих катернов. (Да, у меня есть склонность к гротеску, конечно.) В общем, ни на журфаке, ни в первой семье, ни у друзей - я никогда не имел такого успеха и такого признания, как на подготовительных курсах Литературного института им. Горького.

А потом я туда поступил, и начал учиться.
И после этого перестал писать вообще что угодно, кроме постов в ЖЖ.
Потому что некогда заниматься хуйней.

сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

мэдскиллз

Что будет, когда нынешние дети вырастут, привыкнув к брендам, которые окружают их сейчас, пока они маленькие?












сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

внезапно

Tags:

сайт и человек, Павел Евгеньевич Батурин

Simon Stalenhag

Наткнулся на лепре на потрясного художника.
Сюжеты, настроения, вот это всё.


кликабельно

улица правды

Джобс и Кутчер

В общем, посмотрел.
Критика куда хуже, чем фильм.
Т.е. да, не оставляет ощущение, что смотришь выпуск современного сериала, а не блокбастер.
Но не ужас-ужас. Так, просто ерунда.

?

Log in

No account? Create an account